Когда хазрат Али б. Аби Талиб (радиаллаху анх) готовился встать на молитву, то лицо его начинало желтеть, а все тело дрожало. На вопрос, что с ним в это время происходит, он ответил:

''Меня охватывает страх. Да и как мне не страшиться, ведь наступает время, когда Всевышний Аллах строго осматривает землю, с его горами и равнинами, а также небеса, взирая на то, как его создания исполняют молитву, данную им в виде милости, на сохранение?''

Хатем-уль-Асам (рахметуллахи тааля алейх) на вопрос о его отношении к молитве ответил:

''При приближении времени молитвы, совершаю тщательное омовение и иду на место предстоящей молитвы. Здесь сажусь и стараюсь сосредоточиться, отбросить все посторонние мысли. Затем встаю на молитву. Стоя на молитве, представляю себе: Каабу между двумя своими бровями; Мост Сырат у себя под ногами; Рай и Ад – справа и слева от меня; Азраила (Ангела, забирающего души), представляю парящим над собой, а эту Молитву, - считаю последней своей молитвой. Стоя перед Всевышним Аллахом со страхом и надеждой, произношу вступительный такбир. Затем  медленно, вникая в смысл слов (насколько это возможно), читаю на память из Корана. Затем, с нижайшей покорностью, в состоянии полного сосредоточения, совершаю поясной и земной поклоны.

Таким образом, с искренностью (Ихляс)  в сердце совершаю всю молитву.

После окончания молитвы, стараюсь сохранить в сердце опасение о принятии или не принятии моей молитвы.''              

(Из книги «Ихйа-и Улум-ид-Дин» Имама Абу Хамида аль-Газали).